Незаконная рубка лесных насаждений в лесах с режимом особой охраны: вопросы теории и практики

Abstract

В статье исследованы проблемы квалификации незаконной рубки лесных насаждений, совершенной в границах особо охраняемых природных территорий, а также отдельных категорий лесов и лесных участков с режимом особой охраны. Автор анализирует действующее уголовное законодательство в сфере охраны объектов растительного мира России и стран – членов СНГ, положения лесного и иного природоохранного законодательства в области регулирования порядка осуществления рубок лесных насаждений, материалы судебной практики привлечения к уголовной ответственности по ст. 260, 262 УК РФ, к административной ответственности по ст. 8.28 КоАП РФ, вопросы конкуренции правовых норм, а также научные подходы к квалификации. Совершение преступления в границах указанных территорий повышает характер общественной опасности незаконной рубки лесных насаждений, что должно быть отражено в ст. 260 УК РФ посредством введения дополнительного квалифицирующего признака.

The article examines the problems of qualification of illegal logging of forest plantation committed within the boundaries of specially protected natural areas, as well as individual categories of forests and forest areas with a special protection regime. The author analyzes the current criminal legislation in the field of protection of flora of Russia and the countries of CIS, the provisions of forest and other environmental legislation in the field of regulating the procedure for logging forest plantation, materials of judicial practice of bringing to criminal liability under Art. 260, 262 of the Criminal Code of the Russian Federation, to administrative liability under Art. 8.28 of the Code of Administrative Offenses of the Russian Federation, issues of competition of legal norms, as well as scientific approaches to qualification. Committing a crime within the boundaries of the specified territories increases the nature of the public danger of illegal logging, which should be reflected in Article 260 of the Criminal Code of the Russian Federation by introducing an additional qualifying feature.